Тексты

История Ольги Мазур из Херсона, которой удалось вернуть домой из Крыма сына-подростка с тяжёлой формой аутизма

Уехавшие из России политические активисты столкнулись с преследованиями в новых странах

Юристы о том, почему «эвакуация» украинских детей в Россию нарушает международное право

Как московский центр поддержки участников «СВО» и их семей превращает тему войны в «зелененькое» и «позитивное»

Ордер на арест Владимира Путина застал российских чиновников врасплох

Почему ФСБ стала активно преследовать за донаты ВСУ спустя год после начала войны

Мобилизованным и контрактникам задерживают и не платят обещанные зарплаты, надбавки и соцвыплаты

Местные власти в России стали оправдывать срыв проектов тратами на «военную операцию»

Страны-члены МУС могут проводить операции по задержанию преступника на иностранной территории.

Зачем властям потребовалась массовая рассылка повесток «для сверки данных»

Майя Кучерская о том, как война порождает ощущение бессилия — и новую литературу

Российские компании предпочитают брать на работу живущих в стране и не хотят иметь дело с «удалёнщинками»

Как религиозная общественница из Пензы стала вывозить в Россию и «интегрировать» украинских детей

Как российский учёный-гидролог превратился в «жестокого серийного убийцу» из-за показателей СК по раскрытию преступлений прошлых лет

Людей задерживают и штрафуют за реплики, оброненные в барах, супермаркетах, саунах, салонах красоты, на почте и даже на крыльце своей дачи